Хотел плавать по широким морям на собственной лодке. Только отец мой ожидал, что я освою настоящую профессию, как он это называл. Он хотел, чтобы я стал директором банка. Сам он тоже работал в банке, но не был директором. Я был старшим сыном в семье и, как положено – точнее, я думал, что так должно быть, – последовал воле отца.
– С ума сойти! – воскликнул я. – У нас есть кое-что общее, я тоже работаю в банке!
Он поднял руку и мягко улыбнулся:
– Терпение, терпение.
Казалось, меня будто упрекнули и слегка осадили, но одновременно было понятно, что собеседник хочет сначала высказаться.
Он продолжил:
– Я изучал бизнес-администрирование. Учился я очень хорошо, был одним из лучших студентов и окончил учебу быстрее, чем планировалось. Затем я познакомился с Розалией, моей большой любовью, которая позже стала моей женой. Благодаря многочисленным связям отца сразу после окончания университета я получил хорошую должность в престижном банке. Очень быстро поднялся до должности начальника отдела и, крепко стоя на ногах и имея хорошую зарплату, смог жениться на моей Розалии. Она стала домохозяйкой, как и моя мать, и с любовью заботилась о наших детях, Фабрицио и Стефании.
Я очень много работал, поэтому Розалии приходилось все брать на себя. Можно сказать, она была для наших детей матерью и отцом одновременно. Но она никогда не жаловалась и всегда поддерживала меня, радуясь всем моим успехам. Вместе мы отмечали каждую ступеньку моей карьерной лестницы, по которой я поднимался все выше и выше…
Он сделал паузу и посмотрел на меня, удостоверяясь, слушаю ли я его. Естественно, я слушал внимательно. Мне и в голову не могло прийти, что этот человек, выглядевший простым рыбаком, прошел путь, так похожий на мой! Ничто, даже отдаленно, не указывало на это. «Внешность обманчива», – подумал я.
– Однажды к нам обратилась крупная энергетическая компания и переманила меня к себе. Я зарабатывал еще больше, поднимался по служебной лестнице еще выше – и работал еще больше, чем раньше. С этого момента я часто бывал в офисе по выходным и обычно возвращался домой в будние дни только к полуночи, когда дети уже были в постели. Как финансовый директор, я нес ответственность за множество сотрудников и каждый день ощущал на своих плечах огромное давление. Мне всегда хотелось делать свое дело хорошо, даже идеально, ведь речь шла о финансах всей компании. Мне также хотелось, чтобы отец гордился мной, тем, как я иду по пути, который он для меня выбрал. К сожалению, отец никак этого не показывал, но думаю, был доволен моей карьерой.
На какое-то время мой собеседник задумался.
– Ну, так бывает, правда? Мы чувствуем ожидания других и стараемся их оправдать. Только почему-то этого вечно недостаточно. И тогда приходится прилагать еще больше усилий! В какой-то момент понимаешь, что никогда не будешь счастлив, потому что не успех делает людей счастливыми, не зарплата, не должность на визитной карточке. Не все это, а кто-то, с кем можно поделиться всем этим. И всем остальным. Люди, которые с нами рядом.
Я кивнул. Мы помолчали. Я слышал тихий плеск волн, бьющихся о борта пристани. Глубоко вдыхал соленый воздух.
Когда он снова взглянул на меня, его лицо прояснилось:
– Люди, сделавшие меня по-настоящему счастливым, – это мои дети и жена. Фабрицио и Стефания такие замечательные! Лучшие дети, какие только могут быть у отца. А Розалия – самая прекрасная жена, какую только можно пожелать, и, кроме того, замечательная мать.
– Кем работают ваши дети? – поинтересовался я. И в тот же момент осознал, что этот вопрос часто автоматически задают первым: вопрос о работе.
Интересно почему? Почему не спрашивают: что за человек ваш сын или ваша дочь? Что им нравится? Какое у них чувство юмора?.. Своеобразное.
– Фабрицио – очень одаренный баскетболист, что меня безмерно радует. Я повторял ему многократно: «Делай то, что тебе нравится. Потому что я весь день занимаюсь тем, что мне не нравится». К счастью, он воспринял мои слова всерьез. А дочь? Она пошла по стопам моей и своей матери: воспитывает собственных детей с большой любовью. Ее муж много работает и постоянно находится в стрессе. Ничего нового. Кажется, это повторяется в каждом поколении… – Он посмотрел на меня и приподнял брови: – Да, так прошло много лет, пока я не вышел на пенсию. Иногда я даже задаюсь вопросом, почему раньше не замечал, в каком безумии я живу. Столько часов в день, неделю, месяц отдаю компании и клиентам, но у меня нет времени даже на прогулку по берегу моря со своей семьей по выходным! Вы понимаете? У меня не было ни увлечений, ни друзей. При этом скажу вот что: у меня могли быть друзья. Мои старые школьные товарищи связывались со мной много раз, хотели меня видеть. Но у меня никогда не было на них времени.
Вместо лучших и самых дорогих друзей я иногда приглашал в субботу вечером деловых партнеров. Розалия была настоящим кулинаром и после тяжелой недели, полной хозяйственных хлопот и забот о детях, готовила для нас вкуснейшие блюда. В то время я вообще не понимал, что Розалии, возможно, хотелось бы просто пойти со мной куда-нибудь или погулять на свежем воздухе. Я понял это слишком поздно. Сегодня думаю: «Как я был слеп! Где были мои глаза? Как я мог не видеть важного?»
Он глубоко вдохнул, выдохнул и потер глаза. Плакал ли он? Нет. Но морщинки вокруг глаз и рта стали глубже. Я не осмеливался заговорить. Даже сглотнуть. Его слова затронули что-то глубоко внутри меня. Он посмотрел на меня:
– У вас есть дети?
Я помотал головой.
– Вы женаты?
– Нет, но я в отношениях, – ответил я.
– Так, так, в отношениях, – рассеянно пробормотал собеседник.
– Что вы сказали?
– Ничего, ничего. Моя дочь, с которой мы всегда были очень близки, часто спрашивала меня: «Папа, почему ты так много работаешь? Почему ты никогда не обнимаешь маму? Почему ты всегда такой молчаливый? Тебе грустно?» – Он с улыбкой покачал головой: – Такие мудрые вопросы. Детские души такие чистые.
По поникшим плечам я понял, что воспоминания сильно отягощают его.
Я спросил себя, когда в последний раз крепко обнимал Анну? Вопрос застал меня врасплох и не давал мне покоя. Несколько дней назад? Или недель? Или даже дольше? Я разозлился, когда понял, что точно не знаю.
– Теперь у вас есть время, и вы можете заняться с женой чем-нибудь приятным, когда захотите, – сказал я, пытаясь улыбнуться.
– К сожалению, нет.
– Что вы имеете в виду?
Он пристально посмотрел на меня,
